Сделка без согласия супруга

Продажа недвижимости без согласия супруга

Сделка без согласия супруга

Если продаёте объект недвижимости (любой объект – квартиру, дом, комнату в коммунальной квартире, гараж, земельный участок, сад), то в большинстве случаев вам требуется нотариально заверенное согласие супруга на сделку.

Это требование закреплено Семейным кодексом РФ, который говорит о том, что имущество, приобретенное в браке, считается совместно нажитым супругами. И по факту принадлежит им обоим, даже если оформлено юридически на кого-то одного.

Чтобы распорядиться имуществом – продать, сдать в аренду или подарить, завещать, – продавцу нужно получить согласие второй половины. И в этом плане покупателю нужно быть бдительным и не допустить приобретения объекта без необходимого документа.

В то же время в некоторых случаях согласия супруга на сделку не требуется, и орган регистрации обходится без него. Поэтому если позже вы спохватились об отсутствии согласия и боитесь того, что ваша сделка может быть оспорена, то должны знать, что повода для беспокойства может и не быть. Вот что по этому поводу говорят наши эксперты-юристы.

Олег Клопов, член коллегии адвокатов «Курганов и партнеры»:

– Согласия супруга на заключение сделки по распоряжению имуществом не требуется в следующих случаях:

1. Имущество принадлежит супругам на праве общей долевой (квартира приватизирована на обоих супругов) или общей совместной собственности (квартира приобретена во время брака), и сделку по распоряжению имуществом заключают оба супруга.

2. Недвижимое имущество приобретено супругом до вступления в брак либо во время брака в результате дарения, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам. Указанное имущество является собственностью данного супруга.

3. Конкретное недвижимое имущество хотя и приобретено на общие средства во время брака, но соглашением о разделе общего имущества супругов либо решением суда о разделе это имущество передано одному из супругов.

4. Недвижимое имущество нажито каждым из супругов во время брака в период их раздельного проживания при фактическом прекращении семейных отношений. В этом случае на указанное имущество не будет распространяться правовой режим общей совместной собственности. Однако для этого необходимо решение суда о признании имущества собственностью данного супруга.

5. Недвижимое и любое другое имущество приобретено во время брака, но брачным договором это имущество переведено в раздел раздельной собственности каждого из супругов.

В иных случаях нотариальное согласие требуется в соответствии с п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ.

Нотариуса может посетить только супруг, дающий свое согласие на покупку квартиры, присутствие того, кому дают согласие, необязательно.

Такое согласие можно сделать как в отношении определенной квартиры с указанием конкретного адреса, так и на покупку квартиры на усмотрение супруга. С собой нужно иметь паспорт и свидетельство о заключении брака.

Возможны ситуации, когда невозможно получить согласие другого супруга на заключение сделки с недвижимостью из-за длительного отсутствия, неизвестности его места жительства.

В таком случае сделка может быть заключена только при условии, если другой супруг был признан безвестно отсутствующим (ст.

42, 43 Гражданского кодекса РФ), что подтверждается соответствующей копией решения суда, вступившего в законную силу.

При отказе супруга дать согласие на совершение сделки с недвижимым имуществом целесообразнее обратиться в суд с требованием о разделе совместно нажитого имущества, после чего сделку можно оформить без согласия второго супруга.

Супруг, чьё нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

В силу положений абзаца 2 пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса РФ сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

В постановлении пленума Верховного суда от 5.11.1998 г. «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» указывается, что течение трёхлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст.

38 СК РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах ЗАГС, а при расторжении брака в суде – со дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

При этой причине суд может признать сделку недействительной при отсутствии нотариально удостоверенного согласия супруга через год и более после расторжения брака, если супруг, чьё согласие не было получено, не знал и не мог знать о нарушении своего права.

Нотариус вправе засвидетельствовать подлинность подписи супруга, отчуждающего недвижимое имущество, на его заявлении об отсутствии супруга, который мог бы претендовать на указанное имущество по причине расторжения их брака.

В этом случае нотариус должен истребовать документ, подтверждающий факт расторжения брака, проверить факт приобретения имущества в период после прекращения брака, что значительно снижает риск признания сделки недействительной.

В регистрационном деле, хранящемся в архиве Росреестра, находятся все документы, сдаваемые сторонами сделки при оформлении её государственной регистрации (заявление, экземпляр договора, выписка из домовой книги, технический паспорт и т. д.). Покупатель может попросить продавца истребовать копию регистрационного дела для проверки наличия (отсутствия) согласия супруга на отчуждение недвижимости в предыдущих сделках.

Медина Кульшманова, юрист юридической компании «Генезис»:

– Закон не требует нотариального согласия супруга на продажу недвижимости, если она не является общей. К такому имуществу можно отнести, например, полученное до вступления в брак, полученное во время брака в порядке дарения, наследования и по иным безвозмездным сделкам, а также купленное в период брака за счет личных средств.

Однако если случилось, что без согласия супруга была зарегистрирована сделка по купле-продаже общей недвижимости, следует иметь в виду, что супруг, чьё нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе обратиться в суд с просьбой признать такую сделку незаконной, вследствие чего судом будут применены последствия недействительности сделки. Реализовать своё право обратиться с таким заявлением потерпевший супруг может в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Если покупатель приобрёл недвижимость вследствие подобной незаконной сделки, он может обратиться к продавцу или супругу продавца недвижимости с вопросом о возможности оформления согласия на совершенные сделки.

Информацию о наличии либо отсутствии согласия в предыдущих продажах логично запросить у продавца недвижимости.

При неполучении согласия можно расторгнуть договор купли-продажи недвижимости с соответствующими последствиями, предусмотренными положениями договора.

Александр Костанянц, профессор Высшей школы корпоративного управления РАНХиГС, Почётный адвокат России:

– Для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации (с учетом п. 8 ст. 2 Федерального закона от 30.12.2012 № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса РФ») в установленном законом порядке необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

В этой связи, если из представленных на государственную регистрацию прав документов государственный регистратор установит, что сторонами сделки не соблюдены законные требования (не получено нотариально удостоверенное согласие другого супруга), то должно быть принято решение о приостановлении государственной регистрации прав, а в случае неустранения причин, препятствующих проведению государственной регистрации прав, – об отказе в государственной регистрации прав.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки. Супруг, чьё нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

В отношении остальных сделок, касающихся общего имущества, предполагается, что супруг, совершающий сделку, действует с согласия другого супруга.

Таким образом, нотариальное согласие супруга на совершение сделкине требуется в следующих случаях:

– если приобретается недвижимость в нежилом фонде (на нежилые помещения требования о согласии супруга не распространяются);

– если недвижимость приобретается как совместная собственность (в соответствии с Семейным кодексом РФ);

– если недвижимость приобретается как долевая (к примеру, 1/3 – супругу, 2/3 – супруге);

– если продаётся недвижимость, являющаяся собственностью только этого супруга (полученная одним из супругов до брака, принятая в дар, по наследству или по иным безвозмездным сделкам);

– если продаётся приватизированная недвижимость на одного из супругов (когда второй супруг не приобрел самостоятельного права пользования или писал отказ от участия в приватизации).

В любом случае при совершении сделки рекомендуем получить нотариально заверенное согласие второго супруга, так как в случае разногласий между партнёрами, при продаже и при разделе имущества в случае развода один из супругов может в судебном порядке потребовать признания сделки недействительной.

Если сделка была зарегистрирована без согласия супруга, то данная сделка относится к категории рисковых и приобретать имущество, на продажу которого не было получено согласие второго супруга, не рекомендуется.

Для снижения рисков рекомендуется проверять семейное положение сторон по сделке и требовать предоставление нотариального согласия от второго супруга.

Резюме

Таким образом, можно сделать вывод, что согласие супруга требуется, если объект приобретён на совместные деньги. Если продавцу недвижимость подарили или выдали бесплатно, или он получил её по наследству, то согласия не требуется.

Но знать порядок получения объекта в собственность продавцом надо наверняка, изучить все документы и определить по ним необходимость нотариального согласия супруга.

При малейших сомнениях стоит обратиться за консультацией к нотариусу, юристу или опытному риэлтору.

Источник: http://xn----8sbagnv0bvv.xn--p1ai/450-prodazha-nedvizhimosti-bez-soglasiya-supruga

Как оспаривают сделки, совершенные без согласия супруга

Сделка без согласия супруга

28.01.19

М.Полуэктов / АК Полуэктова и партнеры

В своей практике мы много раз сталкивались с требованиями признать сделку недействительной на основании того, что такая сделка была совершена без согласия супруга либо такое согласие являлось порочным.

Причем в большинстве случаев желание “поломать” сделку и отобрать ценный актив возникало у лиц, действовавших недобросовестно. Супруг просто заявлял, что он якобы не знал о данной сделке и не давал согласие на ее совершение.

Для добросовестного контрагента по сделке риски потерять приобретенное имущество очень существенны.

Разберемся во всех нюансах подобных дел.

Корни проблемы

В российской правовой системе де-факто существует режим скрытой супружеской собственности. В публичном реестре (например, ЕГРН) собственником может значиться один человек, а на самом деле существует и другой собственник — его супруг, о котором добросовестный приобретатель может и не знать.

И это нисколько не противоречит правилу ст.8.1 Гражданского кодекса РФ (далее — ГК), согласно которому права на имущество, подлежащие гос.регистрации, возникают с момента внесения соответствующей записи в гос.реестр.

Дело в том, что после данных слов стоит оговорка “если иное не установлено законом”. И это “иное” установлено ст.34 Семейного кодекса РФ (далее — СК), в силу которой имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью “независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено”.

Если второй (“незарегистрированный в реестре”) супруг такой же собственник, что и первый, значит с его мнением нужно считаться.

По общему правилу п.2 ст.35 СК при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Такую сделку можно оспорить по мотивам отсутствия согласия другого супруга только если другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Однако из этого общего правила есть одно исключение — это п.3 ст.35 СК, согласно которому для определенных трех типов сделок необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга, т.е. презумпция согласия супруга в этих случаях не действует.

Когда требуется нотариальное согласие супруга на совершение сделки

В силу п.3 ст.35 СК нотариальное согласие супруга необходимо для совершения следующих сделок с общим имуществом супругов:

  1. Либо это должна быть сделка по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации.

Это не только сделки с недвижимостью, но и сделки с долями в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью (п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25), результатами интеллектуальной деятельности и средствами индивидуализации (в ряде случаев), маломерными и некоторыми иными судами морского и внутреннего плавания, воздушными судами.

Права на автомобили и акции гос.регистрации не подлежат, а потому для совершения сделки с ними не требуется нотариальное согласие супруга.

  1. Либо это должна быть сделка, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма.

Это может быть договор ренты, залог доли в уставном капитале ООО, договор эскроу (за исключением случаев депонирования безналичных денежных средств и бездокументарных ценных бумаг), наследственный договор, сделка по распоряжению недвижимым имуществом на условиях опеки, договор о передаче доли в уставном капитале ООО (за некоторыми исключениями), договор по отчуждению или залога доли в праве общей собственности на недвижимость.

  1. Либо это должна быть сделка, подлежащая обязательной государственной регистрации.

Это может быть договор ипотеки или договор о передаче нежилого помещения в долгосрочную аренду (на срок 1 год и более).

Следует различать понятия “гос.регистрация перехода права на имущество” и “гос.регистрация сделки”.

Например, при совершении сделки купли-продажи нежилого помещения регистрируется только переход права собственности на помещение, но не сам договор. Такой договор считается заключенным с момента его подписания сторонами.

А вот при совершении сделки купли-продажи жилого дома или квартиры регистрируется и сам договор, и переход права. Такой договор считается заключенным с момента его регистрации, а не с момента его подписания сторонами.

Требования согласия супруга

Нередко один супруг берет у другого супруга нотариальное согласие на отчуждение любого совместно нажитого имущества без какой-либо конкретики. Росреестр принимает такое согласие и регистрирует переход права.

В дальнейшем супруг, давший такое “общее” согласие, может попытаться оспорить сделку по отчуждению общего имущества, ссылаясь на п.3 ст.157.1 ГК, в котором сказано: “В предварительном согласии на совершение сделки должен быть определен предмет сделки, на совершение которой дается согласие”.

Как правило, суды в подобных спорах отказываются распространять на согласие супруга действие ст.157.1 ГК и сохраняют сделку.

Дело в том, что данная статья применяется, если на совершение сделки в силу закона требуется согласие третьего лица, а суды не признают супругов “третьими лицами по отношению друг к другу” (они ведь — сособственники) и исходят из того, что ст.

35 СК “не предусматривает обязательного указания в согласии супруга на совершение сделки по распоряжению имуществом конкретного объекта недвижимого имущества, на отчуждение которого оно дается, не содержит запрета давать одним супругом другому супругу согласие на отчуждение любого принадлежащего им имущества без указания его конкретного перечня” (Постановление Президиума Санкт-Петербургского городского суда от 25.07.2018 N 44г-128/2018).

Правда встречается и другая практика, по которой ст.157.1 ГК признается общей, а ст.35 СК — специальной. Здесь действует уже следующая логика. В п.1 ст.157.1 ГК сказано, что “правила настоящей статьи применяются, если другое не предусмотрено законом или иным правовым актом”.

В ст.35 СК “другое” (что в согласии супруга предмет сделки можно не указывать) не предусмотрено. А потому некоторые суды применяют правило п.3 ст.157.1 ГК о необходимости конкретизации предмета сделки в нотариальном согласии супруга и не признают “общее” согласие супруга.

Последствия совершения сделки без нотариального согласия супруга

Сразу надо сказать, что сделки, совершенные без нотариального согласия супруга, оспоримы. То есть они действительны пока суд не признает их недействительными (именно поэтому их регистрация в Росреестре часто проходит без проблем).

Что касается оспаривания таких сделок, то здесь не все так просто и практика судов на данный момент неоднородна.

Есть три нормы, о применении которых можно говорить:

  1. Применительно к сделкам, совершенным без согласия третьего лица — п.2 ст.173.1 ГК:

“Поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, … может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица …”.

  1. Применительно к совместной собственности вообще (не важно — супругов или нет) — п.3 ст.253 ГК:

“Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом”.

  1. Применительно к совместной собственности исключительно супругов — п.3 ст.35 СК:

“Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки”.

Как видно, первые две нормы ГК защищают интересы добросовестного приобретателя. По ним, если зарегистрированный в ЕГРН собственник продаст квартиру без необходимого нотариального согласия своего супруга, но будет установлено, что покупатель не мог знать о существовании у продавца супруга, то суд оставит сделку в силе. В этом случае может пострадать супруг.

Однако в третьей норме (ст.35 СК) о фигуре добросовестного приобретателя ничего не говорится.

Возникает вопрос: как соотносятся все эти три нормы между собой, какую и когда надо применять?

В первой норме (ст.173.1 ГК) говорится о согласии “третьего лица”. А, как было указано выше, суды в большинстве своем не считают супруга “третьим лицом” по отношению к другому супругу. Суды считают их равноправными собственниками.

Кроме того, первая норм по своему содержанию аналогична второй (ст.253 ГК). Поэтому первую норму можно из нашего анализа исключить и сравнивать только ст.253 ГК (которая защищает добросовестного приобретателя) и ст.35 СК (которая такой защиты не дает).

Есть общее правило — специальная норма имеет приоритет на общей, общая норма применяется в части, неурегулированной специальной нормой.

С этих позиций однозначно ст.35 СК имеет приоритет над ст.253 ГК. Но вот вопрос: ст.35 СК полностью вытесняет ст.253 ГК или нет?

Есть два варианта толкования:

  1. Данные статьи говорят о разном — в п.3 ст.253 ГК говорится о необходимом условии для признания сделки недействительной (если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об отсутствии согласия), а в ст.35 СК в дополнение к этому говорится о том, в какой срок супруг может заявить иск о признании сделки недействительной.

При таком толковании интересы добросовестного приобретателя защищены.

Скажем сразу, данный подход больше встречается в юридической литературе нежели в судебной практике. Возможно потому, что непонятно зачем в таком случае законодателю надо было устанавливать специальный годичный срок исковой давности для таких дел, если этот же срок уже установлен в п.2 ст.181 ГК. То есть, при таком подходе специальная норма ничего нового не устанавливает, что странно.

  1. Пункт 3 ст.35 СК полностью отменяет ст.253 ГК, так как только в этом случае в специальной норме ст.35 СК можно найти какой-то смысл.

При таком толковании интересы добросовестного приобретателя абсолютно не защищены и именно этот подход главенствует в судебной практике.

В этом случае последствия совершения сделки без нотариального согласия супруга кардинально различаются в зависимости от того, когда была совершена сделка по распоряжению общим имуществом — в период брака или после его расторжения.

Если сделка была совершена в период брака, то применяется ст.35 СК — супруг, не давший нотариального согласия на сделку может оспорить ее и отобрать имущество даже у добросовестного приобретателя.

Если сделка с общим имуществом была совершена после расторжения брака, то ст.35 СК применить уже нельзя, так как на момент совершения сделки участники совместной собственности супругами не являлись. Соответственно никакого нотариального согласия бывшего супруга получать не надо было. В этом случае должна применяться ст.

253 ГК, по которой согласие второго участника совместной собственности предполагается, сделку можно оспорить только в случае, если доказано, что приобретатель был недобросовестным, т.е. знал или заведомо должен был знать о том, что другой участник совместной собственности (бывший супруг) был против сделки (Определение Верховного Суда РФ от 25.04.

2017 N 16-КГ17-4).

Выводы для добросовестного приобретателя общего имущества супругов

Приобретение нажитого в браке имущества у бывшего супруга (т.е. после расторжения брака) достаточно безопасно.

Однако приобретение нажитого в браке имущества у одного из супругов в течение его брака сопряжено с большими рисками.

Если даже продавец предоставит покупателю нотариально удостоверенное заявление, что в браке не состоит, а также свой паспорт без отметки о заключении брака, то это ничего не значит. Может “объявиться” второй супруг, чье нотариальное согласие на сделку не было получено, и отобрать имущество даже у добросовестного приобретателя.

В этом вопросе российский законодатель отдает предпочтение интересам супруга в ущерб стабильности гражданского оборота.

На этом нередко строятся мошеннические схемы.

Пример из практики: гражданин Азербайджана Алиев Т.И. у себя на родине зарегистрировал брак с гражданкой России Яничкиной Е.В., в связи с чем приобрел российское гражданство. Далее он решил продать долю в ООО, которая была приобретена в браке. Алиев Т.И. оформил у нотариуса заявление об отсутствии режима совместной собственности в отношении доли в ООО (т.е.

сознательно скрыл наличие брака), в его российском паспорте не было отметки о его семейном положении. После сделки объявилась Яничкина Е.В. и успешно оспорила сделку (Определение Верховного Суда РФ от 17.05.2018 N 305-ЭС17-20998). Добросовестный приобретатель конечно может получить решение суда о взыскании с Алиева Т.И.

убытков, но будет ли оно исполнено?

Особенно осторожным надо быть когда сделка совершается через представителя по доверенности. Желательно запросить у него нотариально заверенную копию паспорта доверителя, чтобы хотя бы по паспорту проверить его семейное положение.

Способа полностью исключить такие риски не существует.

Да, уже создан и тестируется Единый государственный реестр актов гражданского состояния и это сильно снизит риски. Но из него Вы все равно не узнаете о наличии у Вашего контрагента зарубежного брака. Дело Алиева Т.И. тому пример.

Источник: https://advokat-poluektov.ru/publish/kak-osparivayut-sdelki-sovershennye-bez-soglasiya-supruga/

Распоряжение недвижимостью без согласия супруга

Сделка без согласия супруга

  1. Одна из самых застарелых проблем российского права недвижимости заключается в том, что у нас (а) по умолчанию действуют режим совместной собственности супругов на общее имущество и (б) супружеская собственность на недвижимости выведена из-под общего регистрационного режима и существует как исключение из т.н.

    принципа внесения (означающего, что права на недвижимости возникают в результате внесения записи в реестр; супружеская собственность возникает и существует без всяких записей в реестре).
     

  2. Обоснованность первого решения – более чем спорная, на мой взгляд.

    Совместная собственность нужна тогда, когда один супруг (например, муж) работает в поле или, например, в город поехал на заработки, а другой (предположительно, жена) у печи хлопочет, занимается воспитанием семи детей и т.п. И все, что один зарабатывает, должно принадлежать и второму тоже, ведь она – его тыл, обеспечивает домашнее хозяйство.

  3. Но в связи с тем, что все эти прекрасные пасторальные картины давно ушли в прошлое, современные супружеские пары нельзя делить по признаку “работает – сидит дома на хозяйстве”, как правило, в современных семьях работают и зарабатывают оба супруга, само по себе сохранение режима совместной собственности является диковинным и постыдным атавизмом, который должен быть как можно скорее изгнан из нашего юридического быта. Современная российская женщина – умная, красивая, самостоятельная, зарабатывающая деньги – должна тяготиться действующим совместным режимом супружеской собственности (особенно если супруг – трутень, пьяница и придурок), рассматривать его как унижение и оскорбление для себя.
     
  4. Разработчики реформы вещного права в порядке шутки попытались пообсуждать переход российского права из режима совместной собственности в режим раздельной собственности супругов, но это все так на уровне шуток и осталось. А зря, на мой вкус.
     
  5. Вторая проблема – это то, что режим супружеской совместной собственности на недвижимое имущества не подчиняется принципу внесения. Это вытекает из сочетания двух норм.

    Во-первых, положений п. 2 ст.

    8.1 ГК, где установлено общее правило о том, что права, подлежащие регистрации, возникают с момента регистрации, но содержится оговорка – “если иное не предусмотрено законом”.

    А (и это во-вторых) иное как раз и предусмотрено законом – в п. 2 ст.

    34 СК РФ содержится норма о том, что вне зависимости от того, на кого из супругов зарегистрировано право на имущество, оно все равно признается общим.

     

  6. Отказ от этого изъятия из принципа внесения и подчинение супружеской недвижимой собственности общему регистрационному режиму также обсуждался рабочей группой по реформе вещных прав. Но дальше шуток дело тоже не пошло. Помню, что обсуждалась также возможность внесения супругом отметки в реестр о совместном характере собственности. Однако положение об этой отметке , если мне не изменяет память, появилось в проекте реформы вещного права в виде дополнительной опции, а не обязанности супруга.
  7. Таким образом, предложения по изменению режима недвижимой собственности супругов, сделанные в ходе реформы ГК, совершенно беззубые. И очень зря. Потому что проблема с супружеской недвижимостью есть, и она довольно серьезная. Она связана с режимом оспаривания сделок, совершенных супругом без согласия другого супруга.

    Общее правило ГК таково: “совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом” (п. 3 ст. 253 ГК РФ).

    Однако в соответствии с п. 4 этой же статьи, другим законом может быть установлено иное регулирование владения, пользования и  распоряжения совместной собственностью.

  8. Традиционно считается, что “иным” с точки зрения последствий совершения сделок без согласия другого супруга выступают нормы п. 3 ст. 35 СК РФ: “Для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки”. Эта норма рассматривается как положение, устраняющее саму возможность учета добросовестности контрагента супруга, не получившего согласие на сделку.  
  9. Насколько такой подход верен? На мой взгляд, он глубоко ошибочен. 

    Во-первых, мне кажется неверным искать в фразе п. 3 ст. 35 “иное” чем то, что заложено в ст. 253 ГК.

    Задача этой нормы Семейного кодекса лишь в том, чтобы ввести нотариальную  форму согласия супруга на совершение другим супругом сделки с недвижимостью и установить годичный срок давности для оспаривания сделки. Считать, что п. 3 ст. 35 отменяет положения ст. 235 или даже общее правило п.

    2 ст.

    35 (в котором, кстати, слово в слово вопроизводится идея о защите добросовестного контрагента) будет означать введение исключения из общего правила (защиты добросовестного контрагента) путем интерпретации текста, но ведь известное правило толкования гласит, что исключения никогда не толкуются расширительно. Исключения должны быть прямо и недвусмысленно выражены в тексте закона. Иначе есть большой риск того, что интерпретатор подменит действительную волю законодателя.

     

  10. Во-вторых, мне кажется, что с точки зрения правовой политики возложение на контрагента риска конфликта между супругами также является глубоко неправильной идеей.  Устоявшаеся в гражданском праве теория распределения рисков незаконной продажи имущества, называемая принципом наименьшего зла, гласит, что риск незаконной продажи должен по-разному распределяться в зависимости от того, знал ли пострадавший того, кто совершил незаконное отчуждение либо не знал его. Идея заключается в том, что если пострадавший знал нарушителя и доверился ему, но тот обманул доверие, то пострадавший должен разбираться с нарушителем. Пострадавшему это сделать проще, так как он знает нарушителя, находится с ним каких-либо экономических отношениях. Добросовестный же может видеть нарушителя первый и последний раз, ему разбираться с нарушителем будет намного сложнее. Но если нарушитель не знаком пострадавшему, он не связан как-либо с ним, то и риск нарушения пострадавший нести не должен. Тогда этот риск перекладывается на добросовестного. Это, по всей видимости, объясняется тем, что в ситуации равного положения (и собственик, и добросовестный не знают нарушителя и не состоят с ним в каких-либо отношениях) при выборе того, кто будет пользоваться защитой, приоритетом будет пользоваться собственник, как обладающий правом (добросовестный в силу дефекта сделки, совершенной нарушителем, правом не обладает).
  11. Этот принцип распределения рисков может быть обнаружен в совершенно разных разделах гражданского права.  Например, он работает в виндикации следующим образом: вещи краденые истребуются от добросовестного приобретателя. А если была незаконно продана вещь, которую собственник вверил отчуждателю (например, арендатор продал арендованное), то защите подлежит добросовестный приобретатель (он приобретает собственность на вещь), но не пострадавший собственник.

    Этот же принцип может быть обнаружен также в теории представительства. В соответствии со ст.

    189 если доверенность была отменена досрочно, но осталась на руках у представителя и он совершил сделку, не имея уже на то полномочий, то защищен будет добросовестный контрагент.

    Если же имеет место лжепредставитель, которому никогда доверенность не выдавалась (ст. 183 ГК), то защищен будет пострадавший, от чьего имени действовал лжепредставитель.

    Похожий принцип действует в корпоративном праве: в соответствии со ст. 51 ГК ЕГРЮЛ защищает добросовестных лиц, полагавшихся на записи реестра, если только эти записи были внесены не помимо воли юрического лица.

    Аналогично решается вопрос о защите лица, утратившего корпоративный контроль – если это произошло против воли участника корпорации, его корпоративный контроль восстанавливается за счет других лиц, к которым перешел корпоративный контроль. 

  12.  Особенно верно это в отношении супругов. Супруг, выбравший себе в качестве спутника жизни лицо, которое впоследствии нарушило его доверие (совершило сделку по распоряжению общим имуществом без согласия) должен нести риски такого поведения своего избранника. Примерно так же как учредители несут риски того, что избранный ими директор совершит сделку, нарушающую корпоративные правила одобрения сделок: если контрагент по сделке не знал об этих нарушениях, то риски лежат на учредителях. Иными словами, мы все должны нести риски того, что лица, с которыми мы вступаем в те или иные правовые связи, обманут наше доверие. В этом случае будет защищен добросовестный контрагент.
  13. Совершенно в русле этой правовой политики находится и новая статья 173.1 ГК. Она устанавливает, что если лицо совершило сделку без получения согласия, которое требовалось в силу закона, то риски  совершения этой сделки не могут быть возложены на лицо, которое не знало и не должно было знать о необходимости получения согласия.

    Непростым является вопрос о соотношении ст. 173.1 ГК и нормы п. 3 ст. 35 СК (в том случае если полагать – а я думаю, что это неверно – что норма СК устанавливает изъятие из общей защиты добросовестного контрагента по ст. 253).

    Мне представляется, что здесь  надо применять правило о том, что закон новый сильнее закона старого. Законодатель, формулируя новое правило о согласиях (ст. 157.1) и последствиях его отсутствия (ст. 173.

    1) явно хотел “накрыть” им все случаи необходимости дачи согласий и ввести общее правило о защите добросовестного контрагента (взамен разбросанных ранее по всему законодательному массиву положений об учете добровестности).

     

  14. Здесь надо сделать одно небольшое отступление. Дело в том, что есть точка зрения (и она в целом заслуживает право на существование), суть которой заключается в том, что супруг не является “другим лицом”, чье согласие требуется на сделку. Он является вторым собственником, чье волеизъявление на отчуждение необходимо для того, что отчуждение состоялось. То есть, строго говоря, ст. 173.1 в данном случае вообще не применима. 

    Эта интерпретация дает, кстати, решение, близкое к тому, которое получается при применении ст. 173.1.

    Если считать, что правильного волеизъявления обоих собственников нет, то это означает, что один собственник – супруг – не имел права на отчуждение только лишь своим единоличным волеизъявлением.

    Это, в свою очередь, означает, что приобретатель приобрел имущество от неуправомочного отчуждателя. А это, в свою очередь, открывает защиту по ст. 302 ГК. 

    Такая трактовка ситуации продажи одним супругом без согласия второго супруга как минимум остроумна. Но она расходится с устоявшимся уже взглядом судов на то, что согласие супруга на распоряжение подчиняется правилам 157.1 (п. 55 ПП ВС 25), поэтому, как мне представляется, практического значения этот взгляд не имеет.

  15. Идем дальше. Как рассматривает вопрос о защите добросовестного контрагента супруга, совершившего распоряжение недвижимостью без согласия другого супруга, судебная практика, в первую очередь – гражданская коллегия Верх.суда? Здесь мы видим полный разброд и шатание.

    1) В недавнем деле (от 6 сентября 2016 г. N 18-КГ16-97, судьи Кликушин, Назаренко, Рыженков) гражд.коллегия говорит, что добросовестность контрагента не учитывается, так как про это не написано в п. 3 ст. 35 СК, а это, мол, специальное правило по отношению к п. 2 ст.

    253 ГК. При этом коллегия ни словом не обсуждает новую ст. 173.1, на основе которой покупатель получил бы защиту.

Источник: https://zakon.ru/blog/2016/10/19/rasporyazhenie_nedvizhimostyu_bez_soglasiya_supruga

Верховный суд разъяснил правила распоряжения общим имуществом супругов

Сделка без согласия супруга

Разъяснения, важные для большинства граждан, которые активно пользуются услугами кредитно-финансовых учреждений, дал недавно Верховный суд РФ. Он пересмотрел спор некой гражданки и банка, который стал собственником ее доли в доме.

Суть нескольких судебных споров, закончившихся в Верховном суде страны, проста и жизненна. Муж этой женщины несколько лет назад поручился за друга, который взял кредит в банке. Но вот беда – поручился мужчина семейным домом, а супругу об этом в известность не поставил. Кредит не погасили, банк пошел в суд и получил заложенный дом.

Верховный суд: За пропажу денег со счета отвечает банк

А женщина узнала про все это лишь тогда, когда получила предписание – освободить дом, так как банк решил его продать. И бросилась защищать свои права.

Но местные суды, которые рассматривали дело, приняли прямо противоположные решения – одни соглашались с гражданкой, что ее права нарушены, так как она – тоже владелица этого дома.

Другие же посчитали действия банка правомерными.

Точку в споре поставила Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ, разъяснив правила залога общего имущества и ответив на главный вопрос: является ли залог сделкой по распоряжению общим имуществом супругов?

Итак, наша история началась полтора года назад. Некая семья, о которой пойдет речь, больше двадцати лет назад построила на своем участке дом.

А полтора года назад жена получила по почте исковое заявление о выселении ее и, соответственно, всей ее семьи. Из заявления женщина узнала, что шесть лет назад ее супруг выступил поручителем по кредиту своего знакомого.

А тот просил у банка деньги как индивидуальный предприниматель. Вот супруг-поручитель и заложил в банке за друга семейный дом.

Если жена не дала нотариального согласия на участие в залоге недвижимого имущества, то она не может впоследствии отвечать за действия своего супруга, о которых ей ничего не было известно

Спустя несколько лет выяснилось, что у друга с кредитом возникли серьезные проблемы и платить он не может. Через два года после получения кредита банк убедился, что с заемщиком каши не сваришь, обратился в районный суд. Тот обратил взыскание на заложенный частный дом поручителя. В итоге решение суда вступило в силу, так как его никто не оспорил.

Верховный суд разъяснил правила оплаты неиспользованных отпусков

Через два года банк выставил дом на торги, а проживающих в уже не своем доме граждан попросил освободить жилплощадь.

Жена поручителя проконсультировалась и выяснила, что по Семейному кодексу (статья 35) супруги владеют, пользуются и распоряжаются общим имуществом по обоюдному согласию. А она своего согласия на то, чтобы дом оказался в залоге у банка – не давала.

Женщина обратилась в суд и попросила признать недействительным договор залога недвижимости шестилетней давности. А еще попросила суд “применить последствия недействительности договора”. И, главное – признать совместно нажитым имуществом жилой дом и земельный участок и выделить каждому супругу по половине доли в праве собственности.

Этот иск жены рассматривал Пятигорский городской суд. Он согласился с иском и признал банковский договор недействительным. Суд доказал: истица на самом деле ничего не знала о залоге их с мужем общего дома и земельного участка. Именно поэтому договор противоречит статье 35 Семейного кодекса.

Опротестовывать такое решение банк пошел в Ставропольский краевой суд. Там решение коллег изучили и отменили. Краевой суд встал на сторону банка и не просто отменил вынесенное решение, но и принял новое, что случается нечасто.

Действия банка были признаны правильными и законными.

Краевой суд в своем решении также записал, что для залога совместно нажитой недвижимости не требуется нотариального согласия другого супруга, поскольку договор залога не является сделкой по распоряжению общим имуществом.

Нашей героине ничего не оставалось, как обратиться в Верховный суд РФ. Там спор изучили в Судебной коллегии по гражданским делам и посчитали, что аргументы заявительницы совершенно справедливы.

Верховный суд разъяснил правила обгона автомобилей

Вот главная мысль, которую высказал Верховный суд РФ. По его мнению, спорный договор залога недвижимости подлежал обязательной государственной регистрации.

А банк был обязан перед сделкой потребовать нотариально удостоверенное согласие супруги на совершение сделки, которого в деле нет.

Верховный суд особо для своих коллег подчеркнул: сторона, которая не дала нотариального согласия на участие в залоге недвижимого имущества, не может затем отвечать за действия супруга, о которых ей не было известно.

Безусловно, это решение касается конкретной ситуации, но в подобные истории попадает немало граждан. Так что в этом споре Верховный суд предложил реальный механизм разрешения аналогичных споров, которых в наших судах немало.

В итоге Верховный суд отменил апелляционное решение и отправил дело на новое рассмотрение в суд второй инстанции.

Источник: https://rg.ru/2020/08/17/verhovnyj-sud-raziasnil-pravila-rasporiazheniia-obshchim-imushchestvom-suprugov.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.